Jan 28 2010
Posted by Vugar Seidov in Uncategorized
Очередная армянская фальшивка

Берлин, 28 января (АзерТАдж). Как уже сообщалось, зарегистрированное в США армянское новостное агентство «Асбарез» поместило очередную фальшивку. Рассмотрим две фотографии:

http://www.news.az/photos/photo/9243-0b72db28b93cbd216dbadea5d0a89fa9.jpg
и
http://www.usazeris.org/integrity/asbarez-falshivka.jpg

Это фактически две одинаковые фотографии, снятые с разных ракурсов. Первый снимок знаком всем нам уже 20 лет, мы хорошо помним эту фотографию. На ней мы видим бездыханное тело Веры Бессантиной и ещё одного молодого человека в майке – жертв 20 января. На втором снимке изображены та же девушка, тот же молодой человек, в том же месте и в то же время. Та же одежда на них, то же клетчатое одеало рядом с трупом Веры. Того же молодого человека в белой майке можно увидеть на этом видео:
http://www.january20.net/20jan02.mpg

Но вот ведь незадача какая! Первый черно-белый снимок вот уже 20 лет знаком нам как фотография жертв 20 января, а вторую цветную фотографию на днях опубликовали армяне в издании «Асбарез» и представили как снимок жертв армянских погромов 13-14 января 1990 года. Под фотографией в «Асбарез» имеется пояснение: «Армян в течение всей недели убивали в их квартирах». Оказывается еврейка Вера Бессантина – на самом деле «армянка», которую убили в ходе погромов. Лежащий рядом с ней молодой человек в майке, надо полагать, тоже какой-нибудь «Хачик» или «Варжапет».

Как нам удалось выяснить, автором обоих снимков является сотрудник агентства ИТАР-ТАСС Андрей Соловьев, погибший в сентябре 1993 года в Абхазии. Негатив черно-белого снимка он передал информационному агентству АзерТАдж (в 1990 году оно называлось Азеринформ), в фотоархиве которого по сей день хранится эта пленка. А негатив цветного снимка он отвез с собой в Москву и передал в архив ИТАР-ТАСС. Нам удалось связаться также с родственниками Веры, проживающими сегодня в Израиле, которые опознали на фотографии «Асбарез» убитую «доблестной» крючковско-язовской армией 18-летнюю родственницу. Возмущению их по поводу подобной наглой фальшивки армянского издания не было предела.

После того, как в азербайджанских СМИ вышли статьи об этой низкопробной армянской выходке, пойманная с поличными редакция «Асбарез» поспешила поскорее убрать фотографию со своей страницы и замести следы своих постыдных фальсификаций. Однако предусмотрительные члены Азербайджано-американского совета (Azerbaijani-American Council – AAC) успели до публикации в прессе разоблачительных материалов сохранить в форматax PNG и PDF первоначальную версию страницы «Асбарез» вместе со статьёй и фотографией:
http://www.azeris.org/images/stories/facts/AsbarezBlackJanuary.PNG
http://www.usazeris.org/integrity/Asbarez%20forgery.pdf

Следует отметить, что это не первый случай подобных фальсификаций армян. В своё время от них пострадал даже художник В.В.Верещагин, картину которого «Апофеоз войны» (1871-72) они выдавали в качестве изображения останков жертв… «геноцида 1915 года». Пятого декабря 1991 года армянские мастера подделок опубликовали через своих людей в газете «Комсомолец Кузбасса» статью «Долгая дорога в Эркеч» с фотографией ребёнка, пострадавшего в результате… организованного армянскими террористами взрыва пассажирского автобуса Евлах-Баку 16 сентября 1989 года (настоящий автор снимка – фотокорреспондент АзерТАдж Олег Александрович Литвин). Данная фотография была представлена, разумеется, в качестве несчастного «армянского мальчика», жителя села Эркеч, что в Геранбойском районе. Если бы не было так грустно, то всё было бы смешно: в декабре 2009-го года минобороны Армении обвинило информационное агентство 1news.az в «фальсификации», в частности, в выдаче агентством фотографии «эркечского» мальчика в качестве жертвы теракта в автобусе. То есть армянские горе-военные были настолько уверены, что это на самом деле фотография армянского мальчика из села Эркеч, а не азербайджанца, пострадавшего в результате подлого теракта в автобусе, что даже перешли от защиты к контробвинению. При этом они не смогли как-то внятно объяснить, как в таком случае негатив «эркечской» плёнки оказался в фотоархиве АзерТАдж и каким чудом фотокорреспонденту агентства удалось сделать снимок там, куда он никогда не был командирован. Таким образом, армяне обвинили азербайджанские СМИ в «фальсификациях», сославшись на свою же собственную фальшивку, чем помогли азербайджанским журналистам вывести их на чистую воду и разоблачить незамеченную доселе армянскую подделку начала 1990-х гг. Как говорится, не рой другому яму…

В 2007 году некий Эдвард Парьянц поместил в нью-йоркской газете «В новом свете» под видом жертв «геноцида армян» фотографию жертв Ходжалинской резни, за что был затем уволен с работы. 20 января этого года издание news.am поместило фотоснимки жертв Ходжалинской резни (автор снимков – Чингиз Мустафаев) под видом «жертв бакинских погромов», правда после разоблачения также поспешило их убрать.

Мы будем продолжать составлять список всех подобных случаев армянского вранья. Надеемся, сами армяне будут помогать нам в его обновлении, подкидывая время от времени новые свидетельства собственной профнепригодности, непрофессионализма и обычной непорядочности.

Вугар Сеидов
АзерТАдж, Берлин
http://1news.az/politics/20100201115634393.html

Jan 28 2010
Posted by Vugar Seidov in Uncategorized
Подпись президента США и одновременное непризнание?

Берлин, 29 января (АзерТАдж). Как стало известно из сообщения пресс-службы МИД Азербайджана, администрация США ответила на ноту протеста нашего государства, связанную с выделением Конгрессом этой страны прямой помощи карабахским сепаратистам. В ответе американской стороны отмечается, что государственный департамент США не признает структуру под названием «Нагорный Карабах».

Внешне ответ выглядит вроде бы удовлетворительно. Однако, как известно, решение высшего законодательного органа США – Конгресса – о предоставлении прямой помощи Нагорному Карабаху принимает силу закона лишь после подписания его главой исполнительной власти страны – президентом. Выходит, на стол президента ложится документ о предоставлении прямой помощи структуре, которую администрация в то же время не признаёт? Как объяснят наши американские партнёры подобную нестыковку?

Вугар Сеидов
АзерТАдж, Берлин

Jan 08 2010
Posted by Vugar Seidov in Uncategorized
Поможет ли Армении кощунственное отрицание её роли в Ходжалинской резне достичь цели в Карабахе?

Берлин, 11 января (АзерТАдж). Развернувшаяся на страницах ИА Регнум дискуссия вокруг перспектив урегулирования армяно-азербайджанского конфликта набирает дополнительные обороты: затрагиваются новые вопросы, приводятся свежие аргументы. Последняя статья армянского автора Виктора Якубяна «Помогут ли “албаны” Азербайджану восстановить контроль над Нагорным Карабахом?» представляет собой попытку расширить диапазон рассматриваемых вопросов. В частности, автора удивил экскурс в историю региона, при этом он справедливо заметил, что от того, кто, где и когда жил, политическая составляющая современности не меняется. С этим мы полностью согласны, и данную позицию мы неоднократно озвучивали в своих выступлениях – решать конфликт на основе исторических справок несерьёзно. История – территория историков, конфликт – конфликтологов. Однако выражая своё удивление, Якубян мог бы вообще-то заметить, что историческая справка была приведена в ответ на его собственное утверждение о том, что Карабах, дескать, не мог быть частью Азербайджана, кроме как в годы СССР, да и то благодаря волевому решению Москвы. Звучало громко. Из этого утверждения напрашивался вопрос: a частью чего, в таком случае, мог быть Карабах? Уж не Армении ли? Если намёк на неё, то вот вам и ответ на вопрос, с чего вдруг взялся экскурс. Считаем, что Якубяну вообще не стоило затрагивать эту тему, тем более, вне академических стен.

Но поскольку вопросы всё же заданы, позволим себе очень коротко ответить на них в одном абзаце и на этом закрыть историческую часть, передав её от информационного агентства научному форуму.

Албаны или албанцы? Хотя в русском языке также нет консенсуса относительно абхазов/абхазцев, киргизов/кыргызов и др., в англоязычной литературе по истории античности и раннего средневековья ряд авторов использует термин Albans (иногда Aghvans) вместо Albanians. Полагаем, цель – отличить их от балканских албанцев. Какое отношение албаны (или албанцы) имеют к современным азербайджанцам? Полагаем, развёрнутый ответ можно получить в работах историков, изучающих вопросы этногенеза. Нелишне будет ознакомиться также с мнением видного армянского историка Иосифа Орбели. Нас же интересует, скорее, их непосредственное территориальное отношение к Арцах-Хачену в свете звучащих в армянской историографии утверждений о Карабахе как «древнейшей армянской земле». Допускать того, что албаны застрaивали всё Армянское нагорье своими храмами и хачкарами, как саркастически пишет Якубян, тоже не стоит – этого они не делали. Занятием этим они отметились только в ареале своего расселения, например, в Арцахе, Габале, Гандзаке. Какую связь с албанами имели планы помыть ноги в Гёйче? Вопрос не ко мне. Могу лишь подозревать, что похожую цель преследуют те, кто переименовывает Баку в «Бакуракерт», Лачин – в «Бердзор», Агдам – в «Тигранакерт» и т.д., и именует азербайджанскую мечеть Гёй-месчид в Ереване «персидской»… Зачем нужно было сносить кладбище в Джульфе? Мне тоже интересно, куда исчезли СОТНИ азербайджанских кладбищ по всей территории Армении и как азербайджанское кладбище в Шуше к удивлению родственников покоящихся было объявлено «персидским». Мне тоже интересно, зачем нужно было варварски демонтировать целые города и сёла, вплоть до канализационных труб и оконных рам, если все эти населённые пункты – «освобождённые территории» и часть «НКР», если верить её «конституции»? Вселяйтесь, живите. Вы же считаете их своими! Зачем разбирать по кирпичикам? И против кого направлена эта акция – против азербайджанцев или неудобных албанов?

Одновременно Якубян приписывает своему оппоненту то, чего он не говорил и что ни один человек в здравом уме не мог сказать – в частности, Якубян обвиняет его… в «отрицании существования армянского этноса» и в праве армян жить в регионе. Спишем это на невнимательное знакомство со статьями своего оппонента.

Не обошлось без передёргиваний фактов и вольных интерпретаций Якубяном международных документов и на этот раз. В частности, он пишет, что, подтвердив в интервью итальянским журналистам сохраняющееся правo на военное решение конфликта, глава Азербайджанского государства уже через неделю «нарушил» подписанную им Майндорфскую декларацию, в которой, по мнению Якубяна, якобы говорится о «необходимости урегулирования конфликта исключительно (выделено нами – В.С.) политическими методами». В принципе, можно только приветствовать достижение мира, не прибегая к военным методам (этим, впрочем, и объясняется участие Баку в 18-летних переговорах!), однако зачем же своевольно интерпретировать документ и выискивать в нём то, чего там нет? Формулировки в декларации совершенно иные: в ней говорится, что лидеры трёх стран (цитируем с сокращениями) «обсудили перспективы урегулирования конфликта политическими средствами, заявили о своём способствовании обеспечению установления стабильности и безопасности путём политического урегулирования конфликта, договорились продолжaть работу над согласованием политического урегулирования». Предполагают ли данные формулировки (особенно выделенные глаголы) лишение Азербайджана (или его добровольный отказ от) права на восстановление территориальной целостности иными средствами, если поиск путей урегулирования «на основе принципов и норм международного права и принятых в этих рамках решений и документов» не даст результатов? Однозначно нет. Зачем же искажать документ?!

Передёргивание Якубяном фактов выражается также в приписывании им Баку несуществующих планов. Например, он убеждён, что в случае провала переговоров и возвращения диспута в военную фазу свою территориальную целостность Азербайджан сможет восстановить, только устроив предварительно… геноцид. Господа, освободитесь, наконец, от этой паранойи. Никто в Баку не одержим планами совершить геноцид. Безопасность карабахцам-армянам обеспечит признание себя гражданами Азербайджана. Без такого признания безопасности не будет никогда. Лучшая гарантия безопасности для Армении – это, в первую очередь, хорошие отношения с соседями, а не наличие армии. Армию тоже, пожалуйста, имейте, укрепляйте. Но одна лишь армия полную безопасность не обеспечит. Утверждение о том, что «Карабах не подчинялся и не будет подчиняться Баку» по причине Сумгайыта и Баку, также не срабатывает. Как же, в таком случае, в Азербайджане вне оккупированной зоны среди азербайджанцев живут примерно 20.000 армян, многие из которых носят свои фамилии? Тоже, скажите, пропагандистская выдумка? Не удивлюсь.

Приводя цитату из выступления Гейдара Алиева, Якубян всё же по-своему интерпретирует слова покойного президента, в желанном для себя ракурсе. На день выступления Г.Алиева Нагорный Карабах действительно был уже потерян, в этом смысле его слова были констатацией факта. Потерян Нагорный Карабах и сегодня. Но сказал ли Г.Алиев «навсегда»? Некоторое время Агдере тоже был «уже потерян» для армян, и Москва в 1812 году была «уже потеряна», что тоже было правдой на тот конкретный момент. И это не совсем корректный пример.

Но что действительно является верхом цинизма, это попытка использования слов А.Муталибова в отрицании преступления, совершённого соотечественниками Якубяна против сотен мирных жителей Ходжалы. Скрываясь от правосудия, Муталибов живёт сегодня в Москве, и редакции РЕГНУМ нетрудно связаться с ним и взять у него интервью на тему Ходжалы. Мы, в свою очередь, прекрасно помним слова тогдашнего президента, которые Якубян и другие ревизионисты полностью коверкают. Оказавшись перед лицом ответственности (моральной, не говоря уже об уголовной) за совершённое чудовищное преступление, власти Армении схватились за слова Муталибова как за соломинку, извратили их и выдали в выгодном для себя ключе, стремясь дистанцироваться от совершённого варварства. При этом они предпочли не заметить интервью Муталибова всё тому же ИА РЕГНУМ, в котором он внёс ясность в данный вопрос. Общеизвестно, что Муталибов был свергнут Народным фронтом сразу после Ходжалы. Кого он ненавидел больше – армянских сепаратистов или НФА – не нам судить, он сам может ответить. Муталибов тогда сказал, что вина за трагедию ходжалинцев лежит на НФА, в том смысле что оппозиция с каждым днём наращивала давление на власть и, по его мнению, мешала руководству сконцентрироваться на решении вопросов обеспечения безопасности гражданского населения в Нагорном Карабахе. Об этом он сказал в своём интервью ИА РЕГНУМ: «Гуманитарные аспекты ходжалинских событий довольно подробно изложены в упомянутом докладе «Мемориала». Там же указано, что Арменией, боевыми формированиями самопровозглашенной «НКР» не были соблюдены международные нормы и правила, регламентирующие отношения во время боевых действий к мирному населению. Нарушение этих норм применительно к ходжалинцам иначе как преступлением против человечности не назовешь. Такой вывод следует из обобщения событий «Мемориалом». Что касается ссылок на мои высказывания в адрес Народного фронта Азербайджана, то, опять же – я нигде и никогда не связывал их с существом описываемых событий. Я говорил лишь о том, что Народный фронт Азербайджана цинично воспользовался случившейся в Ходжалы трагедией и сфокусировал своими действиями все общественное недовольство на мне».

Утверждение о том, что мирное население было уничтожено «на подходах к Агдаму самими азербайджанцами для осуществления смены власти в Баку» и что, мол, Муталибов «признал» (обратите внимание на выбранный глагол) это, является вершиной кощунства и во многом объясняет позицию Якубяна по многим другим вопросам. Оставим в стороне даже тот факт, что преступление было совершено не на подходах к Агдаму, а из подлой засады в момент, когда беженцы проходили мимо свинофермы у армянского села Нахичеваник Аскеранского района. Доверяет ли Якубян исковерканным армагитпропом словам изгнанного азербайджанского президента больше, чем своему собственному главе государства, известно лишь ему самому. Видать нет ему комфорта от слов Сержа Саргсяна, признавшегося британскому журналисту Томасу де Ваалу: «До Ходжалы азербайджанцы думали, что с нами можно шутки шутить, они думали, что армяне не способны поднять руку на гражданское население. Мы сумели сломать этот [стереотип]», и тут же стыдливо отметившего, что об этом в армянских верхах «предпочитают вслух не говорить» (См.: Томас де Ваал, «Чёрный Сад»).

Не знаем, сумел ли армянский президент своим откровением сломать аналогичный стереотип своего гражданина Якубяна. Неведомо нам также, как соотносится его критика позиции Анкары по неприятию обвинений в совершении «геноцида» 1915 года с собственным отрицанием совершённого его соотечественниками относительно недавнего преступления? И как он и его соотечественники восприняли бы появление в СМИ версии о том, что в Сумгайыте и Баку армян, мол, на самом деле убивали сами же члены «Крунка» и АСАЛА, а азербайджанцы создали безопасный коридор от Абшерона вплоть до Еревана, накрыв на всём пути шведские столы для уходящих беженцев и расставив для их удобства вдоль всего коридора мобильные туалетные кабинки (для пояснения отметим, что в армянских СМИ появились статьи о Ходжалы как операции по «спасению местных жителей от планa НФА по их уничтожению», ставшего «известным» армянской разведке и предопределившего скорейшее начало этой «гуманитарной миссии» армян, поспешивших на «выручку» своим вчерашним соседям; о гуманном отношении к взятым в плен азербайджанцам (так всё-таки «спасённым» или «взятым в плен»?); об отказе пленных употреблять нехалалное мясо и решении «чутких» армян по этой причине пригнать для удобства азербайджанцев отару овец из Ходжалы и прочие выдумки конченных дегенератов)? Не сочтёт ли он подобное изложение трагических событий в Сумгайыте и Баку кощунством? Не сомневаемся! Не сомневаемся также в том, что не в восторге он будет от переноса придуманного армагитпропом идиотского мифа о ходжалинской операции как «спасительной миссии» на события 1915 года и их трактовки в аналогичном духе (гуманитарный коридор аж до Сирийской пустыни, трехразовое питание, включая компот, полевые кухни на всём протяжении коридора для приготовления армянских блюд и т.д.).

Извинений за совершённые его соотечественниками преступлений и их осуждения от Якубяна мы не ждём. Только грех громогласно отрицать то, за что должно быть только стыдно и о чём президент страны стесняется говорить вслух.

Вугар Сеидов
АзерТАдж, Берлин
http://1news.az/analytics/20100112101657073.html

Jan 08 2010
Posted by Vugar Seidov in Uncategorized
Ещё раз о позиции чемпиона мира по терпению

Берлин, 8 января (АзерТАдж). Когда иссякают аргументы по существу, некоторые собеседники, порой, начинают прибегать к нечестным методам – личным выпадам, переходу к не имеющим абсолютно никакого значения деталям биографии своего оппонента, обсуждению вопроса его нынешнего местопребывания и возраста, переводу темы в другое русло. Последняя статья Владимира Казимирова в ИА РЕГНУМ «Ещё раз о чемпионате мира по угрозам» – наглядный пример такого подхода. Автора данных строк Казимиров сходу называет жертвой «упущений Востока», «развязанным» «спорщиком», «незваным оппонентом», «встревающим» в полемику, «лечащим» разлуку по родине, «фиксирующим» свой патриотизм, нуждающимся в «восполнении пробелов в воспитании», «страдающим манией», «пребывающим пока ещё на воле» (?), да ещё и имеющим наглость быть вдвое моложе своего титулованного оппонента. Это неполный список эпитетов, которыми кишат первые три коротеньких абзаца статьи человека, сделавшего дипломатическую карьеру. Оставим личные выпады без реакции, спишем их на своеобразное проявление мудрости аксакала и оригинальную форму подачи примера. Всего лишь признаем, что в годы войны 1991-94 гг. – если это интересно Казимирову – Сеидов действительно обучался в аспирантуре истфака МГУ, работал над диссертацией. Подозреваем, это не совсем приятный для Казимирова факт, которому, судя по проскальзывающим намёкам, хотелось бы видеть его, скорее, в окопах с оружием в руках вместо исследовательского пера, чтобы не иметь сегодня перед собой «неудобного» оппонента. Вынуждены напомнить ему и о другом – археологические раскопки в республиках Средней Азии и на Алтае не прекращались даже в дни, когда шли бои на улицах Сталинграда, как не молчали музы и в блокадном Ленинграде, где «не нюхавший пороха» (фраза Казимирова) Шостакович продолжал давать концерты.

В своей статье Казимиров представляет Сеидова в образе «подстрекателя к войне». Спишем это на свободу слова и волю художника самому выбирать краски. Только безумец может жаждать войны! Не сомневаемся, грамотный и внимательный читатель в состоянии самостоятельно отличить призыв к войне от констатации ПРАВА суверенного государства на освобождение своей оккупированной территории военным путём в СЛУЧАЕ безрезультатности переговоров, на которых соседнее государство на протяжении 18 лет отказывается отводить войска к признанной почти всем миром государственной границе. Впрочем, к чему эти риторические дебаты! Есть ли у Азербайджана такое право или нет, надеемся, станет ясно очень скоро, когда поступит ответ генерального секретаря ООН на запрос Азербайджана о правомочности обращения к 51-й статье Устава ООН в случае, если затянувшийся переговорный процесс зайдет в тупик. Надеемся, мнение генерального секретаря ООН окажется для Казимирова более авторитетным, чем мнение «встревающего» в полемику «жертвы Востока».

По существу и по пунктам.

1) Вторая чеченская война действительно началась с нападения бандитов на Дагестан, это известный факт. Но ведь Москва не ограничилась освобождением последнего, a прошлась по всей Чечне от севера до гор на юге, несмотря на заключённые соглашения. Имела ли она на это право? Безусловно! Поступила ли она правильно? Моё личное мнение – за вычетом неопровержимых и документально зафикированных многочисленных фактов нарушения ею женевских конвенций 1949 года, да, поступила правильно! Она действовала на своей международно признанной территории, предотвращала сепаратизм и восстанавливала действие Конституции. К сожалению, не без гуманитарной катастрофы. На официальном уровне Баку, если не забыли, выразил своё понимание и поддержку действиям Москвы в Чечне и одновременно принял у себя многочисленных беженцев-россиян в соответствии с Конвенцией 1951 года и на основе принципа non-refoulement. В Карабахе ситуация аналогичная. Но вместо того чтобы ставить на одну плоскость Чечню и Карабах, Казимиров намекает на идентичность попыток предотвращения карабахского сепаратизма с «грузинской агрессией против Южной Осетии». А это, извините, проявление двойных стандартов, которые недопустимо иметь беспристрастному (экс-) посреднику, тем более представляющему страну, которая сама предотвратила фрагментацию государства. Вот ведь в чём вопрос! Поэтому когда говорят, мол, «мы готовы быть адвокатами хоть самого чёрта, лишь бы не допустить выстрелов», напрашивается вопрос – а чем война в Чечне по сути отличалась от сценария, который мы обсуждаем пока что только на гипотетическом уровне? На наш взгляд – ничем. Москва воспользовалась своим правом, имеет аналогичное право и Баку. Воспользуется он им или нет – не нам решать, это прерогатива главы государства. Но это право есть.

Приведём другой пример. Коллеги Казимирова по МИД неоднократно выражали неприятие албанского сепаратизма и поддержку усилиям Белграда по восстановлению территориальной целостности Сербии и её суверенитета над Косово (хоть и методы Милошевича, ко всеобщему ужасу, привели на практике к гуманитарной катастрофе). Не сомневаемся, этой же позиции придерживался тогда и продолжает придерживаться и сам экс-сопредседатель. Более того, откроем ему небольшую тайну – этой же позиции придерживается по сей день и Азербайджан, дистанцирующийся от двойных стандартов, считающий Косово частью Сербии, а одностороннее провозглашение независимости – нелегитимным актом. В чём же причина столь диаметрально противоположных взглядов Казимирова по Косово и Карабаху? По Чечне и Карабаху? Мы не видели в СМИ его выступлений, в которых он не скрывал бы своих симпатий в адрес косовар и, по примеру азербайджанской общины НК, называл бы сербов Митровицы (а также русских Чечни) слишком малочисленным и не имеющим своей «отдельной армии» элементом, чтобы можно было считаться с их мнением. Да и автономии также создавали не для них!

Кстати, об автономиях – а создана ли была параллельная автономия для азербайджанцев в Армении, которые проживали компактно на территории, в 1,5 раза превышающей НКАО (даже вместе с азербайджанским Шушинским районом), и по численности к 1988 гόду превышали армян НКАО также в 1,5 раза (и это после нескольких волн депортаций)? Не сомневаемся, Казимирову факт этот известен. Сегодня многие упрекают большевиков в том, что они, оставив в 1921 году Карабах в пределах Азербайджана, заложили основу для будущего конфликта. С этим можно согласиться лишь частично, в том смысле, что мина действительно была заложена. Но она выражалась не в том, что большевики оставили Карабах в составе Азербайджана, а в том, что, создав автономию для армян в нагорной его части, они не предоставили аналогичной автономии азербайджанцам хотя бы в Зангезуре, переданном Азревкомом Советской Армении в день её советизации. Случись бы это, создай они сдерживающий фактор, 70 лет спустя, возможно, не было бы ни конфликта, ни нужды в создании должности сопредседателя МГ ОБСЕ.

2) Укоряет Казимиров азербайджанцев также в том, что они рассуждают о военной операции (как последнем варианте), «невзирая» на возможные людские потери. А почему, собственно, «невзирая». Выражаясь словами Жванецкого, очень даже «взирая». Любая война – это, в первую очередь, осознание неизбежности жертв. Но ведь не останавливало оно наших отцов и дедов, воинов-героев Советской Армии, освобождавших ценой собственной жизни от фашистской чумы не только нашу Родину, но и другие государства и народы. А для чего Родина растит своих сынов, если те перед лицом агрессии пожертвуют ею ради сохранения своей жизни? Отправляя флотилию на освобождение Фолклэндов, Британия также осознавала, что не все её морские пехотинцы вернутся домой. Армения также оккупировала территорию соседа, «взирая» на возможные жертвы. Тут же Казимиров вспоминает о статьях, в которых речь идёт о несоответствии провозглашения независимости Нагорного Карабаха союзному закону от 3 апреля 1990 года. А в чём, собственно, дело? Разве не так? Разве не нарушен был, по нашим подсчётам как минимум в семи эпизодах, закон СССР, и разве не делали эти нарушения (даже не все, а хотя бы одно из них) провозглашение независимости автоматически не имеющим силы, согласно пункту 2 принятого в тот же день Постановления ВС СССР «О введении в действие Закона СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР»»? Если есть контраргументы в пользу обратного, будем признательны за их публикацию.

3) Вспоминая подготовку документов о перемирии, Казимиров пишет, что всё шло к тому, что Армения вовсе не упоминалась в качестве стороны конфликта. И в качестве доказательства ссылается на опубликованный… черновик документа, в котором не было места для её подписи. Но, простите, черновик на то и остался черновиком, что был отвергнут. Следуя этой логике, можно сегодня составить проект мирного соглашения, по которому Азербайджан признаёт независимость «НКР», и отправить его по факсу в Баку с предсказуемым результатом. А затем опубликовать его и заявить, что всё шло к тому, что Баку признавал «НКР».

4) В стремлении поднять армян Нагорного Карабаха до уровня стороны конфликта, Казимиров ссылается на решение Будапештского саммита СБСЕ (1994). Однако Будапештский документ трудно призвать на помощь. Он ни называет открыто Нагорный Карабах стороной конфликта, ни исключает его из списка. В этом смысле он – абсолютно нейтральный. В документе дословно говорится о «подтверждении сторонами в конфликте договорённости о прекращении огня, достигнутой 12 мая 1994 года» (См.: http://www.osce.org/documents/mcs/1994/12/4048_ru.pdf с. 17). Tекстовой анализ данного предложения открывает поле для неоднозначных интерпретаций. Невооружённым глазом заметно, что «сторонами в конфликте» документ называет тех, кто ПОДТВЕРДИЛ достигнутое 12 мая соглашение, а не тех (или необязательно тех), кто их подписал. А это не одно и то же. Кто именно и когда подтвердил подписанное до этого соглашение – отдельно не оговаривается. Произошло ли это подтверждение в ходе саммита (участниками которого могли быть только Армения и Азербайджан, но никак не представители армян НК) или ещё где-то в другом месте, документ всё так же не уточняет. В этом-то и вся его недоговорённость, и, следовательно, нейтральность. Напомним, Бишкекский протокол был подписан 5 мая 1994 года представителями Азербайджана, Армении, фактических властей Нагорного Карабаха, России, Кыргызстана, а также главой посреднической миссии России (В.Казимировым) и руководителем секретариата Совета Межпарламентской Ассамблеи СНГ, а соглашение о прекращении огня – в разные дни министрами обороны Армении и Азербайджана и командующим силами карабахских армян. Можно ли утверждать, что Будапештский саммит однозначно признал Нагорный Карабах в качестве стороны конфликта? Если сформулировать вопрос именно таким образом и вынести его на суд юристов, то, не сомневаемся, ответ будет отрицательным. Даже если перефразировать Будапештский документ и отнести «стороны конфликта» не к тем, кто подтвердил подписанные до этого соглашения, а к тем, кто их подписал, то опять же однозначной интерпретации достичь будет трудно, поскольку стороны не называются по имени, но и не исключаются. Напомним, Майндорфская декларация также была подписана тремя президентами, что вовсе не превращает Россию в сторону конфликта (вспомним также тех, кто подписал Бишкекский протокол). Таким образом, Будапештский саммит не признавал, но и не исключал Нагорный Карабах в качестве стороны конфликта. И воспользоваться его заключительным документом армянская сторона не может ровно столько, сколько азербайджанская – майндорфским.

Пытаясь хоть как-то довести Нагорный Карабах до уровня стороны конфликта, Казимиров приводит определение её как субъекта, «имеющего свои интересы, в чём-то отличные от других сторон, и свои вооружённые формирования (способна реально командовать ими, контролировать их действия)». Однако в этом-то и заключается вся проблема, что Баку не признаёт наличия у карабахских армян отдельной армии, даже несмотря на единовременную подпись их представителя под соглашением о прекращении огня.

5) Если армянам Карабаха действительно нужна физическая безопасность и возможность свободного развития по своему усмотрению (а не территория во что бы то ни стало), то Азербайджан неоднократно подтверждал готовность предоставить гарантии безопасности для всех жителей Нагорного Карабаха и возможность их самоуправления в условиях самой высокой степени автономии в случае хотя бы формального признания ими края частью Азербайджана. Это означает, что всё останется, как есть, кроме изменений, касающихся замены хождения армянского драма на азербайджанский манат, армянских паспортов на азербайджанские, интеграцию области в таможенную, пограничную и налоговую систему государства и прохождение призывниками службы в составе ВС Азербайджана. Для сравнения – нынешний статус Татарстана в составе РФ. Если азербайджанских гарантий недостаточно, можно обратиться к международным под бдительным оком наблюдателей из ЕС и СНГ во всех сферах. Однако гарантий безопасности не может быть никаких и запах войны будет вечно стоять, пока не снят вопрос об одностороннем отделении от государства. Баку никогда не согласится на форму волеизъявления, открывающей дорогу изменению государственных границ.

6) Мы по-прежнему убеждены, что статья 2 Хельсинкского акта – будь то в полном чтении или в вырванном из контекста отдельном предложении – относится к государствам-участникам, коим НК не являлся и не является. Отказ от применения силы в отношениях между государствами действительно является краеугольным камнем в современном мироустройстве, однако данный принцип не имеет ничего общего с правом на самооборону в случае, если суверенное государство атаковано. Присутствие вооружённых сил Армении на 20% территории Азербайджана (отрицать факт их присутствия невозможно, он подтверждён многими международными организациями) является ярко-выраженной формой агрессии. Давайте также не будем отрицать тот факт, что Кельбаджар был всё-таки атакован с двух сторон. Трудно согласиться с утверждением Казимирова, что Армения, в адрес которой Баку «мечет» свои угрозы, БУДЕТ вовлечена в военные действия. Она не «будет», а давно уже вовлечена. Государственную границу пересекла не азербайджанская армия, а ВС Армении. Если договориться не удастся, то война будет между армиями двух государств-участников на территории одного из них – Азербайджана. Не вызывает сомнений, что если бы на территории мятежной Чечни находились регулярные войска какого-нибудь «гаранта безопасности» «ЧРИ», например талибовского Афганистана (признавшего, кстати, независимость Чечни), наш оппонент был бы в первых рядах тех, кто выступал бы за применение военной силы после 18-летнего отказа талибов добровольно вывести свои регулярные войска. Мы же отстаиваем пока ПРАВО Баку на применение аналогичной силы в случае отказа Армении отвести свои войска за государственную границу, и, на наш взгляд, трудно его оспаривать.

7) Отвечая на вопрос Казимирова, признáем – в военных действиях начала 90-х годов с азербайджанской стороны выступала не азербайджанская община НК, а весь Азербайджан (здесь необходимо также отметить, что «армией» разрозненные и наспех сформированные отряды полупартизан и сил местной самообороны вез единого командования и концепции назвать было трудно, так как создание полноценной армии началось уже после перемирия). Но ведь и с противоположной стороны воевали не только карабахские армяне, но и вся Армения и даже диаспора. Выходит, и диаспора – сторона конфликта? И с ней Баку должен вести переговоры? Координация военных действий, снабжение, планирование – всё это шло из Еревана, разумеется, при активном участии самих армян Карабаха. Именование воевавшей армии «карабахской» вместо «армянской» хорошо для пропаганды, но не для серьёзных разговоров. Относительно же троекратного превышения карабахскими армянами по численности своих азербайджанских соседей по краю как аргумента в пользу армян как «большей» стороны конфликта по сравнению с азербайджанской общиной, сошлёмся на Вигена Кочаряна, считающего, что права народов не должны зависеть от их численности. От себя лишь добавим в форме риторического вопроса – выходит, надо будет дождаться, когда азербайджанская община по численности догонит армянскую, чтобы вернуться к этому разговору? Статус двух общин может быть только одинаковым, и ни одна из них не может считаться стороной конфликта.

8) Возвращаясь к статье 9 Конституции АР, признáем – конфликт действительно является международным (межгосударственным), а не диспутом «центр-провинция». Именно поэтому в Баку его называют «армяно-азербайджанским», а в Ереване – упорно «нагорно-карабахским», а иногда и вовсе «азербайджано-карабахским», пытаясь дистанцироваться от него… Окрашивая свой вопрос «а может, карабахский конфликт уже не международный, а какой-то иной?» в риторический тон, Казимиров невольно признаёт правоту азербайджанской формулировки как конфликта между двумя государствами (надеемся, используя слово «международный», он имеет в виду, всё-таки, Армению, а не «НКР»…) Отвергая войну как способ решения международных конфликтов, Конституция страны запрещает правительству совершать акты агрессии против других государств, участвовать в войнах с ними. Но это не относится к случаям, когда сама страна подверглась агрессии и территориальная целостность порушена. Интерпретировать данную статью в ином свете означало бы следующее: «Идите на Азербайджан, берите, что хотите – конституция этой страны всё равно запрещает нажимать на курок». В чём тогда смысл вооружённых сил, если не в защите государственных границ страны и недопущении их насильственного изменения?!

9) Комментируя ссылку на 51-ю статью Устава ООН, Казимиров спрашивает: «Прибегал ли кто к ней лет через 20 после «нападения»?» Не припомним. Выходит, длительное терпение, десятилетия переговоров, добровольная отсрочка от использования своего законного права на самооборону и предоставление оккупанту бесконечного количества шансов на добровольный вывод своих войск – всё это, на самом деле, наказуемо, а не вознаграждаемо? Разве с годами уменьшается это право? Опять же, мы говорим о праве, а не необходимости его немедленного применения.

10) Спишем пункт 10 на свободу мышления и умозаключения. Бакинские верхи не преследуют цель ввести информационную блокаду для своих граждан. Интернет, слава Богу, доступен всем в стране. А читающий «плебс» вовсе не нуждается в подсказках «патрициев» – сам в состоянии судить. Сомневаемся также, что бакинские верхи так уж внимательно следят за статьями отставного дипломата, чтобы ещё давать специальную команду вывести полемику подальше от страны или перенести куда- нибудь в Москву. Каждая из ответных статей – глас гражданина, а не госслужащего, и не нужно искать чёрную кошку в тёмной комнате.

11) Возможно, французы и правы в своих изречениях, однако всегда ли известные из прошлого прецеденты – не довод в ходе судебных дебатов?

12) Сама постановка вопроса создаёт впечатление, что свои выводы Казимиров основывает на сообщениях одних только армянских СМИ. Заменил бы он АР нa РА, если бы он основывался только на азербайджанских СМИ, которые каждый день сообщают о нарушении противоположной стороной режима прекращения огня? Обстрелы позиций бывают каждый день, и невозможно упрекать только одну сторону в нарушении режима.

13) Мне неизвестно об отказе Баку отвести снайперов с передовой линии. Но если это так, то, полагаю, это произошло по той же причине, по какой Армения отказaлась присоединиться к Договору о запрещении противопехотных мин. Напомним, Ереван заявил, что страна не может присоединиться к Конвенции, ввиду конфликта вокруг НК и что все страны региона должны одновременно присоединиться к Договору (См.: пресс-конференция Варужана Нерсисяна 18 декабря 2003 года, Департамент контроля за обычными вооружениями МИД Армении; «Landmine Monitor 2004», с. 918.). По той же логике, и снайперы должны быть отведены с передовой линии одновременно обеими сторонами – Арменией и Азербайджаном. Иначе, из вопроса Казимирова вновь создаётся впечатление, что снайперы имеются только с азербайджанской стороны фронта. В таком случае, в результате чьих метких выстрелов приходится каждый месяц слышать о гибели азербайджанских военнослужащих, фермеров, пастухов?

15) О нарушениях требований резолюций СБ ООН Сеидов знает. Знает он и о другом – ключевое требование резолюций СБ ООН прекратить военные действия давно уже выполнено, но другие требования тех же резолюций (вывод войск, освобождение территорий) по-прежнему не выполнены. Слышим ли мы упрёки Казимирова в адрес Армении? Коротко, политологически – нет, не слышим. Встречный вопрос: знает ли Казимиров, что ещё до этих резолюций (и их нарушений) Шуша была атакована буквально на следующий день после подписания Л.Тер-Петросяном и Я.Мамедовым тегеранского коммюнике? Кем было положено начало порочной практики нарушения достигнутых договорённостей?

16) На вопрос, «могли ли расширяться захваты, если бы А.Эльчибей и Г.Алиев «вовремя» (кавычки наши – В.С.) согласились на окончательное прекращение огня, как требовалось в резолюциях СБ ООН», осмелимся ответить положительно – да, могли! Приведённый пример с вероломным нарушением тегеранского коммюнике и захватом Шуши показывает, что армянская сторона вряд ли восприняла бы «окончательное прекращение огня» как действительно окончательное, и в этом смысле весьма сомнительно, что резолюции СБ ООН всерьёз воспрепятствовали бы ей расширять зону оккупации при имеющейся тактической возможности. Дефицит верности к заключённым соглашениям наблюдался в те годы у ОБЕИХ сторон.

17) Почему Баку стал «чемпионом мира по угрозам»? Наверное, по той же причине, по какой Ереван стал чемпионом мира по мечтам расширить территорию за счёт территории соседей. Кто и где грозится возобновить военные действия больше, чем официальный Баку? Наверное, никто и нигде, поскольку только у Баку можно наблюдать столько терпения вести многолетние переговоры со страной, упорно отказывающейся признавать государственную границу, продолжающую оккупацию и имеющей столько (внешне «нейтральных») адвокатов.

18) В принципе, похвально желание Казимирова не допустить нового кровопролития в таком взрывоопасном регионе, как Закавказье. Чтобы этого не произошло, необходимо не закреплять оккупацию, а устранять её (да простит именитый дипломат «неотёсанного восточного юнца» за эту маленькую, но очень «наглую» подсказку). Используя его слова, отметим, что в этом плане у него также много работы, тем более, используя его многолетний опыт дипломата и аудиторию в Армении – убедить своих слушателей в необходимости отказа от сепаратизма и принятия предложения об автономии, при необходимости даже под гарантии его государства! Этим запах войны навсегда покинет воздух Закавказья. И, опять же, говоря в стиле Казимирова, во имя того, чтобы это, наконец, свершилось, не сомневаюсь, найдется немало тех, кто готов будет записаться не только в адвокаты, но и хоть в самого чёрта!

Вугар Сеидов
АзерТАдж, Берлин
http://regnum.ru/news/1240916.html

Jan 05 2010
Posted by Vugar Seidov in Uncategorized
Укрепление вооружённых сил Азербайджана – ответ ереванским «голубям мира» с ястребиным опереньем

Берлин, 5 января (АзерТАдж). Перед лицом растущего неприятия и осуждения мировым сообществом практики иностранной интервенции, насильственного сепаратизма, этнических чисток, одностороннего изменения признанных государственных границ и совершения тяжких военных преступлений и преступлений против человечности армянская политическая и экспертная элита продолжает предпринимать отчаянные попытки хоть как-то оправдать беспрецедентную по своей продолжительности оккупацию вооружёнными силами Армении части международно признанной территории Азербайджана. Не сумев добиться международной легитимизации последствий открытой агрессии и признания марионеточного режима в качестве «государства», придать аннексии форму «самоопределения народа» и натолкнувшись на многократное подтверждение почти всеми странами мира, ведущими международными организациями и авторитетнейшими учёными правопреемственности независимой Азербайджанской Республикой границ бывшей Азербайджанской ССР на основе общепринятого в мировой практике принципа uti possidetis juris, армянский истэблишмент перед лицом обречённости и неминуемого следования нормам международного права избрал путь затягивания переговоров и замораживания нынешнего положения status quo post bellum. В прошедшем году это выразилось в преднамеренном возвращении Ереваном к давно согласованным пунктам рамочного соглашения по армяно-азербайджанскому конфликту (что вызвало удивление не только у Баку, но и у посредников), а в начавшемся году – в появлении в прессе «свежих» статей адвокатов иностранной интервенции и насильственного сепаратизма, содержащиx давно и неоднократно разгромленные доводы о необходимости дальнейшего закрепления оккупации и замораживания конфликта вместо его решения в рамках международного права.

Статья Виктора Якубяна на сайте ИА Регнум – тому подтверждение. В ней автор почти открытым текстом признаёт, что цель Армении на переговорах – не допустить восстановления того, что признано международным сообществом a priori, а именно территориальной целостности Азербайджана и его суверенитета над всей своей территорией. В частности, рассматривая возможный сценарий безуспешности возвращения Нагорно-Карабахского региона Азербайджану дипломатическим путём, автор от себя добавляет в скобках «а это так и есть», чем, фактически, выдаёт самого себя и своё фальшивое миролюбие и предопределяет иной сценарий, если не сказать подстрекает противоположную сторону к поиску достижения той же цели в иной плоскости.

Якубян, сам того не ведая, фактически оправдывает Баку в его неоднократных предупреждениях о недопустимости затягивания переговоров и открытости опции освобождения оккупированной территории военным путём. Ведь если признать исход военной фазы конфликта 1992-94 гг. в качестве необратимого, то смысл участия Азербайджана в переговорах в принципе пропадает. Тот факт, что Азербайджан участвует в переговорах, свидетельствует о непризнании им того, что имеется on the ground. Цель азербайджанской дипломатии – восстановить действие международного права мирным путём. А если Якубян открытым текстом заявляет о недопустимости восстановления территориальной целостности Азербайджана дипломатическим путём, то в чём смысл этих переговоров per se? Повстречаться и поговорить о погоде? Исключая дипломатическое восстановление границ, Ереван устами своих экспертов сам активно подталкивает Баку к обращению к 51-й статье Устава ООН. Так что, ещё неизвестно, кто здесь «ястреб», а кто «голубь мира».

«Милитаристская риторика» Азербайджана, на которую так любят указывать вчерашние агрессоры и сегодняшние «пацифисты», не появилась на пустом месте («гоп – ребята, смотрите, с неба упала угроза войны!»), а ей предшествовало тысячекратное предложение о самой высокой степени автономии и международных гарантиях безопасности, мира и экономического развития без альтерации международно признанных границ. Что удивительного в том, что после тысячекратного отказа Еревана брать то, что (пока) предлагают, следуют предупреждения иного рода?! «Получить без войны контроль над Нагорным Карабахом Азербайджану не удастся никогда», уверен Якубян. Стоит ли после этого удивляться заявлениям Баку, реализацию которых автор априори характеризует как «срыв переговоров»? Разумеется, нет. Более того, говоря словами известного политика, «меня удивляет, что вас это удивляет». Получается, что «миролюбивые» эксперты фактически подсказывают своим оппонентам, что кроме войны у них выбора в принципе нет! Однако, любопытное проявление «миролюбия».

При всём этом мы совершенно не разделяем пессимизма Якубяна. Восстановление территориальной целостности Азербайджана и его суверенитета над Нагорно-Карабахским регионом дипломатическим путём в рамках международного права вполне возможно. Именно поэтому Азербайджан продолжает активно участвовать в переговорах, в которых в ушедшем году, по мнению дипломатов и сопредседателей, наметились долгожданные позитивные тенденции и положительная динамика. Для полного же успеха дипломатических усилий не хватает пока одного – конструктивной позиции армянского руководства, на что намекают, кстати, не только азербайджанские дипломаты, но в частных разговорах и сами посредники. Остаётся только дождаться, когда армянское общество взрастит, наконец, лидера, который осознает изменившиеся реалии и всю утопичность «миацума» и возьмёт на себя смелость возвращения своего государства в русло цивилизованных отношений с соседями. Мадридские принципы, предполагающие совмещение принципов самоопределения народов с территориальной целостностью в рамках Хельсинкского акта, открывают дорогу к такого рода отношениям. От того, как скоро в армянском обществе появится такой лидер, который примет этот путь, зависит и то, когда наступит время (и наступит ли оно вообще!) перехода к той неприятной фазе, которую Якубян, к сожалению, считает неизбежной. Поэтому во избежание той отвратительности, в интересах обoих народов, чтобы подобное осознание в армянской элите наступило как можно скорее. И в мировоззрении Якубяна – тоже.

Обращение же автора к историческим фактам и затем к правовой сути вопроса требует отдельных комментариев. К примеру, он пишет, что «Нагорный Карабах находился в составе Азербайджанской ССР только лишь потому, что сама Азербайджанская ССР находилась в составе СССР». Надо полагать, если бы не было СССР, то и Нагорному Карабаху не суждено было быть частью Азербайджана. Спишем подобное заявление на обычное незнание фактов. Для начала напомним, что если бы не Российская империя и СССР, на Кавказе сегодня вовсе не было бы никакой Армении, а в мире – армянской государственности. Далее отметим, что, во-первых, Нагорно-Карабахский регион входил в состав Азербайджана и до советизации последнего в апреле 1920 года, и признан он мировым сообществом в качестве части Азербайджанской Республики также после распада СССР. Во-вторых, термина «Нагорный Карабах» до советской власти и вовсе не было. Был Карабах, в котором тюркское население составляло большинство даже после переселения по условиям Туркменчайского договора 1828 года (ст. 15) персидских армян в Закавказье и последующей за неполные 90 лет иммиграции 1.3 миллионa армян в новообразованные российские губернии на Южном Кавказе. Внутри же некогда единого Карабаха после присоединения ханства к России демографически стали заметно выделяться его горные районы, в которых армяне в результате их переселения стали составлять к 1917-у гόду некоторое большинство (нo отнюдь не 90%, как утверждают армяне). Выделение нагорной части в отдельную условную административную единицу впервые произошло в год, когда было решено оставить Карабах в составе Азербайджана, а в его верхней части создать автономию для армянского населения. В общей же карабахской картине армяне в большинстве никогда не были. Поэтому, когда армянская сторона утверждает, что в начале советской власти, дескать, «в Карабахе армяне составляли 90% населения», это либо незнание статистики, либо же eё преднамеренное искажение.

Хотя в мире прочно установился консенсус относительно того, что решение межгосударственных территориальных конфликтов (к коим относится армяно-азербайджанский) необходимо искать в международно-правовой плоскости, нежели в научно-исторической, это не даёт основания для искажения армянской историографией истории региона. В античности и ранние средние века Карабах входил в состав государства, известного с IV века до.н.э. до VIII века как Кавказская Албания (См.: Tadeusz Swietochowski. Russia and Azerbaijan: A Borderland in Transition. New York, Columbia University Press, 1995, p.1), и был населён преимущественно албанами, одними из предков современных азербайджанцев, а также другими кавказоязычными и персоязычными племенами. В 313 году христианство было объявлено государственной религией в Кавказской Албании, однако в восточных провинциях население продолжало исповедовать традиционные верования. Далеко не крайне западной провинцией Кавказской Албании была гористая территория, известная как Арцах-Орхистена и населённая неиндоевропейскими гаргарами, утиями, гуннами, хазарами, басилами. С нашествием в VIII веке арабов доминирующей религией в Азербайджане стал ислам. При этом бόльшая часть албанoв исламизировалась и под воздействием огузов перешла на тюркский язык (что положило начало формированию современного азербайджанского народа), в то время как албаны Арцаха сохранили свою религию, а в течение нескольких веков – и свою албанскую идентичность. Наиболее политизированная часть армянской историографии некоторое время вовсе отрицала существование в раннем средневековье Кавказской Албании, однако, оказавшись перед неопровержимыми доказательствами, предприняла ухищрённый ход – «переместила» государство на восток и «определила» в качестве его западной границы реку Кура. Между тем, факт вхождения Арцаха, как впрочем и Сюника, в состав Кавказской Албании был признан самими армянскими учёными, не подверженными влиянию политики в их исследовательской работе (напр. проф. Рональд Суни, Иосиф Орбели; косвенно это признаёт и писатель XIX века Раффи). В связи с влиянием Византийской империи на Южном Кавказе албанская церковь разделяла догматы диофизитства. Чтобы предотвратить влияние Византии, Халифат единовременным актом подчинил албанскую церковь монофизитской армянской, хотя фактически албанская церковь продолжала существовать в качестве самостоятельного института вплоть до её упразднения российскими властями в 1836 году. В XI-XIV вв. Арцах входил в состав огузских (азербайджанских) государств Саджидов, Саларидов, Шеддадидов, Атабеков, Джалаиридов и носил название «Карабах».

Возвышение и расцвет Хаченского княжества, входившего, по мнению армянского историка И.Орбели, в состав Албании, приходится на XII-XIII вв. (См.: Иосиф Орбели. «Гасан-Джалал – князь Хаченский», Избранные труды, Ереван, 1993, с. 146). При Гасан Джалале (1215-1261), потомке Албанской династии Михранидов, началось возрождение Албании и был возведён Ганджасарский монастырь, который, как гласит надпись, он назвал «престольным собором Албании» для «моего албанского народа». В XV веке Карабах входил в состав ещё одного огузского (азербайджанского) государства Гарагоюнлу, а затем – Аггоюнлу. Род Гасан Джалала получил от правителя Джаханшаха Гарагоюнлу титул «мелик», после чего политическая светская власть этого рода была утрачена и его представители стали духовными лидерами своего народа, патриархами-каталикосами Албанской афтокефальной апостольской церкви вплоть до её ликвидации. Албанские князья носили титул «мелик», в отличие от армянских титулов «ишхан», «тер» и др. Ни одна из фамилий карабахских меликов не восходила к армянским родам, а имела албанские корни. Начиная с XVI века, Карабах входил в состав государства Сефевидов, а с XVI по XIX вв. областью владела фамилия Зияд-оглу из огузского племени Гаджаров. В середине XVIII на территории Азербайджана образуются ханства, среди которых были также Карабахское и Иреванское. Карабахское ханство было населено тюрками-мусульманами (азербайджанцами) и албанами-христианами, которым перед лицом сильного влияния соседней армянской церкви всё сложнее было сохранить свою самобытность и идентичность. По официальным российским данным 1810 года в Карабахском ханстве было до 12000 семей, в том числе 9500 тюрко-мусульманских (азербайджанских) и всего 2500 «армянских», среди которых были как перенимающие армянский язык албаны, так и собственно армяне (хаи), постепенно поселяющиеся в незначительном количестве в этих краях (См.: Акты, собранные Кавказскою археографическою комиссиею. Архивъ главного управления намъстника Кавказского, том IV. Изданъ под редакциею председателя комиссии дсс. А.Д.Берже (Тифлисъ: Типография главного управления намъстника Кавказского, 1870), Документ № 37, с. 38-39.). Именно о них в 1769 году в своей справке писал грузинский царь Ираклий II. На самом деле, т.н. «армянское» население меликств состояло из христиан-монофизитов албан, которых намеренно или ошибочно называли армянами в силу их монофизитской веры. В частности, В.Величко по этому поводу писал: «[и]сключение составляют неправильно называемые армянами жители Карабага (Албания или Агвания), исповедовавшие армяно-григорианскую веру, но происходившие от горских и тюркских племен […]» (См.: Василий Величко. Кавказ. Русское дело и междуплеменные вопросы. Баку, Элм, 1990, с. 154.). Об этом писал также армянский автор Б.Ишханян, согласно которому «[а]рмяне, проживающие в Нагорном Карабахе, частью являются аборигенами, потомками древних албанцев […], а частью беженцами из Турции и Ирана, для которых азербайджанская земля стала убежищем от преследований и гонений» (См.: Цит. по: Играр Алиев. Нагорный Карабах: История. Факты. События. Баку, Элм, 1989, сс. 73-74.).

Данные 1823 года свидетельствуют о том, что в Карабахском ханстве имелся один город Шуша и около 600 сел (из них 450 тюркских и около 150 албанских, называемых теперь уже «армянскими»), в которых проживали около 90.000 человек, в том числе в Шуше примерно 1048 азербайджанских семей и 474 – армянские, а в деревнях – соответственно 12902 и 433120 (См.: Описания Карабахской провинции, составленные в 1823 г. действительным статским советником Могилевским и полковником Ермоловым. Тифлисъ, 1866.). 14 мая 1805 года при реке Курак азербайджанским ханом Ибрагимом Халилом и представителем российского императора генералом Цициановым был подписан Трактат о переходе Карабахского ханства под власть России. Данный документ является весомым свидетельством исторической принадлежности Карабаха Азербайджану. В соответствии со статьей 2 указанного договора российский царь дал «[и]мператорское свое ручательство на сохранение целости настоящих владений» Ибрагим хана Шушинского и Карабахского и его прав (См.: Трактат между Карабахским ханом и Российской империей о переходе Ханства под власть России, 14 мая 1805 года. http://azeri.ru/az/karabakh/412/). После присоединения к России азербайджанских ханств к северу от р. Араз (Аракс) началось организованное переселение армян из Персии, а затем и Османской Империи, в новоприобретённые российские территории, в частности на земли бывших Карабахского, Нахчыванского и Иреванского ханств. Детали переселения подробно описаны как современниками, так и исследователями, и совершенно не поддаются отрицанию. Наконец, период Азербайджанской Демократической Республики и вхождение в её состав Карабаха и Зангезура описан в письме Постоянного представителя Азербайджана при ООН на имя генерального секретаря ООН со всеми ссылками на источники (См. Письмо Постоянного представителя Азербайджана при Организации Объединенных Наций от 30 сентября 2009 года на имя генерального секретаря, сс. 5-11. http://www.usazeris.org/integrity/Letter_A-64-475_Rus.pdf).

Утверждение Якубяна о том, что Карабах входил в состав Азербайджана якобы только в годы СССР и только благодаря СССР, является оторванным от исторической действительности. Тем не менее у нас нет намерений углубляться в исторические дебаты, тем более на интернет странице неакадемического информационного агентства. Оставим данный вопрос неполитизированным учёным, тем более что решение армяно-азербайджанского конфликта лежит в международно-правовой плоскости, а не научно-исторической. Остаётся только недоумевать – если в годы советской власти Карабах пребывал в составе Азербайджанской ССР только лишь вследствие, как утверждает Якубян, «силового потенциала Москвы», то какая же неведомая сила «пихала» этот регион в руки сперва албанских, а затем и тюркских правителей на протяжении более чем двух тысяч лет, и как случилось, что в «армянском» Карабахе азербайджанцы оказались (точнее, остались) в большинстве даже после посттуркменчайского переселения персидских армян?! Вот уж действительно «парадокс»!

Говоря о годах первой республики, Якубян пишет о якобы имевшихся претензиях АДР на… Батуми. Не сомневаемся, он не сможет привести ни одной заслуживающей внимания ссылки на достоверный источник, в котором содержалось хотя бы косвенное свидетельство об имевшихся претензиях Азербайджана на этот черноморский порт. Данный тезис – ничем не подкреплённый вымысел якубянов! Излагая его, автор не замечает, как выходит за рамки формальной логики: «[И] если сейчас Азербайджан не претендует на Батуми, то почему претензии на Нагорный Карабах должны вообще восприниматься всерьез?» Вообще-то, с географической точки зрения логичнее было поменять их местами, хотя Бог с ней, с этой логикой. Гораздо важнее другое – целью овладеть далёким Каспийским побережьем задались именно дашнаки, устроившие весной-летом 1918 года форменный геноцид азербайджанского, лезгинского, татского и еврейского населения Баку, Губы, Шамахи, Сальяна, Хачмаза. Да так, что массовые захоронения тех времён обнаруживаются по сей день! Вот уж действительно, где приходится говорить о претензиях.

Немного забегая вперёд, добавим, что аналогичной «отсебятиной» является также утверждение Якубяна о том, что Гейдар Алиев якобы «неоднократно и публично констатировал, что Нагорный Карабах для Азербайджана потерян». У нас имеются большие сомнения в том, что автор подобных выдумок сможет подкрепить своё утверждение хоть какими-то ссылками на достоверный источник. Зато не лишне будет напомнить ему о прошлогоднем заявлении бывшего коллеги покойного азербайджанского президента, экс-президента Левона Тер-Петросяна и его знаменитом «Уже отдали!».

По мнению Якубяна, Баку «никогда не сможет объединять вокруг себя целые регионы с инородным религиозным и культурным этносом», что «доказывается» усмотренными автором чуть ли не «каждодневными шовинистическими заявлениями азербайджанских политиков» (удивительно нездоровый каждодневный интерес к заявлениям из Баку). Сказано это с некоторым намёком на то, что шовинистических заявлений в адрес нацменьшинств из уст официальных лиц Армении сегодня не услышать. И в этом есть доля истины, поскольку в некогда многонациональной Армении нацменьшинств сегодня просто не осталось! Только не надо сейчас приводить дежурную статистику о курдах-езидах, ассирийцах. Это – мизер по сравнению с тем, какой Армения была прежде. Между тем, видимо, «отсутствием» толерантности и имперской культуры можно объяснить факт многонационального состава как современного Азербайджана в целом, так и его столицы! Вот этот «парадокс» Якубян как-то обошёл вниманием.

Перевод Якубяном темы в политико-правовую плоскость также сопровождается фальсификациями и неверными интерпретациями. Говоря о референдуме по одностороннему провозглашению независимости бывшей НКАО, он пишет, что голосование было проведено за несколько дней до официального распада Советского Союза в присутствии «международных» наблюдателей. Однако, как справедливо заметил Т.Мусаев, «при ознакомлении со списком этих наблюдателей (всего 23), чьи фамилии указаны под «Актом о результатах референдума о независимости Нагорно-Карабахской Республики», обнаруживается, что все они – из республик бывшего СССР (в основном из России). На вопрос о том, как наблюдатели могут считаться международными, если союзное государство еще не прекратило существование, могут, наверное, ответить только авторы этих аргументов – официальные лица Армении». (См.: Тофик Мусаев, «Нагорно-Карабахский конфликт: анализ некоторых ключевых элементов правового характера»; Ильгар Маммадов, Тофик Мусаев, «Армяно-азербайджанский конфликт: история, право, посредничество», 2-е изд., Баку, 2008, с. 70, http://www.usazeris.org/integrity/kniga.pdf)

Но даже не в этих маленьких «неувязочках» дело. За последние несколько лет приходилось неоднократно слышать тезис о «правовой безупречности» провозглашения «республики» на месте бывшей НКАО и объявления ею независимости. Любопытно, что в качестве правовой базы приводился принятый 3 апреля 1990 года Закон СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР». Между тем, внимательное изучение данного вопроса сквозь призму и с учётом принятого союзного закона не может привести к иному заключению, кроме как констатации недействительности как провозглашения «НКР», так и не имеющего правовых последствий так называемого «референдума о независимости» по причине неоднократного нарушения инициаторами этих шагов в первую очередь самого Закона СССР. Подробности экспертного анализа были приведены в совместном исследовании историка Ильгара Маммадова и юриста-международника, дипломата Тофика Мусаева.

Напомним, что по принятому 3 апреля 1990 года Закону СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР» (далее для краткости – Закон СССР) союзная республика могла выйти из состава СССР путём проведения на её территории общереспубликанского референдума. Референдум полагалось проводить не ранее, чем через шесть, и не позднее, чем через девять месяцев после принятия решения о постановке вопроса о выходе союзной республики из СССР. При этом, в статье 3 Законa СССР говорилось дословно следующее, «В союзной республике, имеющей в своем составе автономные республики, автономные области и автономные округа, референдум проводится отдельно по каждой автономии. За народами автономных республик и автономных образований сохраняется право на самостоятельное решение вопроса о пребывании в Союзе ССР или в выходящей союзной республике, а также на постановку вопроса о своем государственно правовом статусе. В союзной республике, на территории которой имеются места компактного проживания национальных групп, составляющих большинство населения данной местности, при определении итогов референдума результаты голосования по этим местностям учитываются отдельно».

Напомним вкраце также хронологию событий последних полутора лет существования СССР, имеющую важное значение при анализе данного вопроса:

1990 год:
3 апреля Принятие Закона СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР»
1991 год:
17 марта Референдум по судьбе СССР. Граждане Азербайджанской ССР проголосовали за сохранение СССР и продолжение пребывания республики в его составе. Армянская ССР бойкотировала общесоюзный референдум.
30 августа Принятие Верховным Советом Азербайджанской ССР Декларации «О восстановлении государственной независимости Азербайджанской Республики»
2 сентября Провозглашение в НКАО Азербайджанской ССР т.н. «Нагорно-Карабахской Республики»
6-7 сентября Внеочередной Съезд народных депутатов СССР
18 октября Принятие Верховным Советом Азербайджанской Республики Конституционного Акта «О государственной независимости Азербайджанской Республики»
26 ноября Упразднение Верховным Советом Азербайджанской ССР НКАО
10 декабря Проведение на территории бывшей НКАО «референдума по вопросу независимости НКР»
26 декабря Прекращение существования СССР и действия всех союзных законов

Как видим, Закон СССР действовал на всей территории союзного государства с 3 апреля 1990 года до 26 декабря 1991 года. Все действия союзных республик и автономных образований по выходу из состава СССР или изменению своего статуса, предпринимаемые в нарушение данного закона, не имели юридической силы и считались недействительными. Об этом прямо говорилось в Постановлении Верховного Совета СССР от 3 апреля 1990 года «О введении в действие Закона СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР»». Согласно пункту 2 данного постановления, «…любые действия, связанные с постановкой вопроса о выходе союзной республики из СССР и противоречащие Закону СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР», предпринятые как до, так и после введения его в действие, не порождают никаких юридических последствий как для Союза ССР, так и для союзных республик»».

Принятие 30 августа Декларации «О восстановлении государственной независимости Азербайджанской Республики» и провозглашение три дня спустя в НКАО «Нагорно-Карабахской Республики» с назначением на 10 декабря референдума о независимости явились действиями, предпринятыми, скорее, на волне эмоций и эйфории первых постпутчевских дней, чем основанными на действующем союзном законодательстве. Принятие Декларации входилo в противоречие с Законом СССР, не имело юридической силы и, следовательно, не могло служить правовым основанием для начала процедуры самостоятельного определения НКАО своего будущего статуса.

Как справедливо отмечает Т.Мусаев, «…если до конца следовать букве и смыслу Закона от 3 апреля 1990 года, то для НКАО принятие упомянутой Декларации не могло служить юридическим основанием для постановки в соответствии с Законом вопроса о своем государственно-правовом статусе» (См.: Т.Мусаев, «Правовые рамки урегулирования конфликтов на примере территориальных притязаний Армении к Азербайджану», журнал «Diplomatiya aləmi» (Мир дипломатии) МИД Азербайджанской Республики, № 1, 2002, http://www.karabakh-doc.azerall.info/ru/law/law041.htm).

Кроме того, принятие Декларации не означало окончательного юридического оформления государственной независимости Азербайджанa, а всего лишь открывало дорогу долгому процессу, который по союзному законодательству должен был в итоге включaть в себя проведение общереспубликанского плебисцита. Как известно, в ходе референдума 17 марта 1991 года, то есть уже после вступления в силу Закона 1990 года, граждане Азербайджанской ССР высказались за сохранение республики в составе СССР. Согласно статье 10 Закона СССР, новый референдум по вопросу о выходе из Союза мог быть проведён не ранее, чем через десять лет с момента проведения предыдущего, то есть не раньше 17 марта 2001 года. Опять же, если следовать букве и духу закона, в следующие 10 лет после мартовского (1991 года) референдума или же до прекращения до того времени действия Закона СССР Азербайджан не мог поднимать вопрос о выходе из состава союзного государства, и, следовательно, принятие Декларации от 30 августа не могло иметь юридических последствий и, тем более, открывать правовую дорогу для начала реализации Нагорно-Карабахской автономией права на самостоятельное определение вопроса о своём будущем статусе.

26 ноября Верховный Совет Азербайджанa упразднил НКАО как национально-территориальное образование, неоднократно злоупотребившее своей автономией и нарушившee республиканское и союзное законодательства. Утратившими силу были признаны также Декрет Азербайджанского Центрального Исполнительного Комитета от 7 июля 1923 года «Об образовании автономной области Нагорного Карабаха» и Закон Азербайджанской ССР от 16 июня 1981 года «О Нагорно-Карабахской автономной области». (Якубян пишет об отмене Конституционным Судом СССР данного решения парламента Азербайджана как противоречащего Конституции СССР. По правде говоря, нам об этом решении не известно. Будем признательны за предоставление ссылок на конкретный документ.) Вплоть до последней минуты существования СССР Нагорный Карабах в соответствии с советским законодательством продолжал оставаться составной частью Азербайджана независимо от принятых в Баку и Ханкенди деклараций, провозглашений и проведённого 10 декабря недействительного референдума.

Обращает на себя также внимание почти анекдотичный факт, на который указывает в своей другой статье Т.Мусаев: «…провозглашение «Нагорно-Карабахской Республики» обосновывалось Законом СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР» от 3 апреля 1990 года. Однако если следовать логике армянской стороны и согласиться с тем, что Армянская ССР и Нагорный Карабах воссоединились 1 декабря 1989 года, то, следовательно, впоследствии, по итогам провозглашения 2 сентября 1991 года «НКР» и проведения на территории этого образования референдума, Нагорный Карабах отделялся уже от Армении. Очевидная абсурдность доводов армянской стороны не вызывает сомнений. В противном случае, официальный Ереван должен признать, что все действия, предпринятые армянской стороной до 2 сентября 1991 года, были незаконными и до этой даты Нагорный Карабах продолжал оставаться частью Азербайджанской Республики». (Т.Мусаев, «Нагорно-Карабахский конфликт: анализ некоторых ключевых элементов правового характера», журнал «Irs», 2006.)

Наряду с этим, обращает на себя внимание ряд других любопытных фактов. Поскольку референдум на территории упразднённой НКАО был проведён ещё при «живом» СССР, а, следовательно, во время действия союзных законов, недействительными результаты этого голосования являлись ещё и потому, что была нарушена, помимо ряда других положений Закона СССР, также статья 6, обязывающая Верховный Совет союзных республик и Советы народных депутатов автономий совместно рассматривать итоги референдума с последующим представлением результатов в Верховный Совет СССР. В упразднённой НКАО и самопровозглашённой «НКР» не сочли нужным хотя бы ради формальности и видимости следования положениям закона представить итоги голосования в парламент Азербайджана, как того трeбовал закон, и совместно их обсудить (хотя бы посредством телемоста), что добавило недействительности самовольному решению об отделении Нагорного Карабаха от Азербайджана. Не организовали инициаторы референдума и отдельное голосование в местах компактного проживания азербайджанской общины (Шушинский район, в котором азербайджанцы составляли большинство), как того требовала статья 3. Понятно, что азербайджанцы бывшей НКАО проигнорировали незаконный референдум, однако со стороны организаторов не была предпринята даже формальная попытка придать хоть какую-то видимость техническому следованию положениям закона. Однако добавим, что результат «референдума» остался бы не имеющим никаких юридических последствий, даже если азербайджанцы приняли в нём поголовное участие.

Ещё одним нарушением Закона СССР былa датa проведения голосования. Согласно статье 2, референдум должен был состояться не ранее, чем через шесть, и не позднее, чем через девять месяцев после принятия решения о постановке вопроса о выходе союзной республики из СССР. Если даже исходить из обратного и считать принятие Верховным Советом Азербайджана Декларации от 30 августа законной постановкой вопроса о выходе республики из СССР (несмотря на то, что, как отмечалось выше, согласно статье 10 в следующие 10 лет Азербайджан не мог в принципе ставить такой вопрос), голосование по всей территории республики или в той или иной её части могло состояться только в марте-мае 1992 года. Проведение голосования 10 декабря было очередным нарушением союзного закона и лишало его итоги всякой юридической силы.

В статье 3 Закона СССР не говорится ни слова о возможности проведения референдума в автономии до (не говоря уже о «без») общереспубликанского голосования. До вступления в силу Закона СССР у автономий (даже у АССР) не было права выходить из состава СССР и союзной республики, поскольку они не считались субъектами международного права. С принятием в 1990 году Закона СССР у автономных образований различных уровней появилось право менять свой статус по отношению к союзной республике, в состав которой они входили, но не когда им вздумается, а строго в опрeделённом случае – если союзная республика принимала решение о выходе из СССР, голосовала в пользу этого решения на общереспубликанском референдуме и во всех случаях действовала в строгом соответствии с Законом СССР. При отсутствии этого обязательного условия автономии не могли самостоятельно инициировать процедуру изменения своего статуса по отношению к союзной республике, а должны были ждать, пока будут соблюдены положения Закона СССР. Опираясь на одну только Декларацию Верховного Совета Азербайджана, НКАО переступила черту своих полномочий, дала фальстарт и при проведении и без того недействительного референдума сама неоднократно нарушила положения Закона СССР.

Не следует также забывать, что на общереспубликанском референдуме жители Азербайджана теоретически могли проголосовать и против выхода республики из союзного государства, что однажды и произошло в марте того же года. При отрицательном исходе общереспубликанского референдума мнение жителей автономий по изменению своего статуса не учитывалось бы, и при таком исходе голосования сохранялся бы статус кво. Если бы Азербайджанская ССР прошла через все этапы сложной процедуры по выходу из состава союзного государства в строгом соответствии с Законом СССР и на общереспубликанском референдуме население проголосовало бы за независимость, тогда появилось бы и правовое поле для запуска процедуры самостоятельного определения НКАО своего будущего статуса на основе подсчёта результатов голосования отдельно по данной автономии. А этого, как известно, не произошло.

Действия НКАО были незаконными и противоречащими Закону СССР. Они были преждевременными, основывались на Декларации, не имеющей юридических последствий ни для одной из сторон, и сопровождались многочисленными нарушениями Закона. Следовательно, согласно Постановлению Верховного Совета СССР от 3 апреля 1990 года, о котором писалось выше, решение НКАО о провозглашении 2 сентября 1991 года «Нагорно-Карабахской Республики» и итоги референдума 10 декабря не имели юридической силы, и Нагорный Карабах de jure продолжал оставаться составной частью Азербайджана как до роспуска СССР, так и после него. А говорить о соответствии действий НКАО «нормам международного права», вообще не приходится – ни минуты за всю свою историю Нагорный Карабах не являлся субъектом международного права. Ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем!

История показала, что воспользоваться в полной мере Законом СССР не успела ни одна союзная республика, не говоря уже о входящих в их состав автономиях. Несмотря на то, что в последние месяцы своего существования Союз «трещал по швам» и республики проводили de facto независимую политику, формально они продолжались считаться союзными республиками (кроме трёх прибалтийских республик, независимость которых была признана внеочередным Съездом народных депутатов СССР 6 сентября 1991 года), поскольку союзные законы ещё продолжали действовать. De jure независимыми оставшиеся 12 союзных республик в их прежних границах (вместе с входящими в их состав автономиями) стали в день роспуска СССР 26 декабря 1991 года, когда утратили силу все союзные законы, в том числе Закон СССР от 3 апреля 1990 года. И именно в таком виде – т.е. в границах бывших советских республик – их признало мировое сообщество. Как отметил член Подкомиссии ООН по защите прав человека А.Эйде (Asbjörn Eide), «…в рамках ООН был достигнут широкий консенсус в отношении того, что границы союзных республик как в бывшем СССР, так и бывшей Югославии должны быть установлены не на основе этнического расселения, а на основе принципа uti possidetis juris, означающего, что новыми должны считаться границы, которые ранее существовали как границы союзных республик федерации» (см. ссылку 16 в статье Т.Мусаева: A.Eide. Territorial integrity of States, minority protection and guarantees for autonomy arrangements: approaches and roles of the United Nations. Local self-government, territorial integrity and protection of minorities. – Council of Europe Publishing, 1996. – p. 282.)

Наконец, небезынтересно будет добавить несколько слов о внеочередном Съезде народных депутатов СССР (6-7 сентября 1991 года), который объявил переходный период для формирования новой системы государственных отношений. Съезд постановил ускорить подготовку и подписание Договора о Союзе Суверенных Государств. При этом, как отмечается в постановлении, новый Союз должен был основываться на принципах независимости и территориальной целостности вошедших в него государств. В постановлении была выражена поддержка Съездом стремления союзных республик к признанию их субъектами международного права и рассмотрению вопроса об их членстве в ООН. Ни слова об автономиях в постановлении сказано не было, и они априори продолжали считаться составными частями союзных республик. Съезд подчеркнул, что обретение независимости республиками, решившими отказаться от вхождения в новый Союз, потребует проведения их переговоров с СССР для решения всего комплекса вопросов, связанных с отделением, а также их немедленного присоединения к Договору о нераспространении ядерного оружия, к Заключительному акту СБСЕ и другим важнейшим международным договорам и соглашениям. На основании принятых Съездом решений постановлениями Госсовета СССР от 6 сентября 1991 года было оформлено признание независимости Латвии, Литвы и Эстонии. При этом важно заметить, что если в 1990 году союзное руководство настаивало на необходимости решения всего комплекса вопросов, связанных с выходом прибалтийских республик из состава СССР, в соответствии с Законом СССР от 3 апреля 1990 года, то согласно упомянутым постановлениям Госсовета СССР, эти цели могли быть достигнуты уже в ходе переговоров государственных делегаций Союза ССР с каждой из союзных республик. О переговорах с автономиями по тем же вопросам опять же ничего в постановлениях Госсовета СССР не говорилось.

Ряд юристов считаeт, что постановления внеочередного съезда народных депутатов СССР от 5-6 сентября лишили Закон СССР от 3 апреля 1990 года не только актуальности, но и юридической силы. Как отмечалось выше, республики, которые не желали входить в состав нового Союза, должны были урегулировать с СССР все необходимые вопросы не в рамках предписаний этого Закона, а посредством переговоров. Исходя из этого, многие считают последним днём действия Закона СССР не 26 декабря, когда был распущен СССР, а 6 сентября. Однако и в том, и в другом случае принятие Азербайджаном Декларации 30 августа и провозглашение 2 сентября на её основе «НКР» произошли ещё в дни действия Закона, а следовательно не имели юридической силы.

Принятие же Верховным Советом Азербайджанской Республики Конституционного Акта «О государственной независимости Азербайджанской Республики» от 18 октября было основано именно на постановлениях внеочередного съезда народных депутатов СССР, положившего, по мнению ряда юристов, конец действию Закона СССР от 3 апреля 1990 года. К тому моменту НКАО продолжала de jure считаться частью Азербайджана, и до её конституционного упразднения оставалось чуть больше месяца. Окончательная точка в оформлении государственной независимости Азербайджанской Республики была поставлена уже после официального прекращения существования СССР: 29 декабря 1991 года на территории Азербайджана состоялся референдум, по результатам которого была выражена всенародная поддержка Конституционного Акта «О государственной независимости Азербайджанской Республики».

Таким образом, не имеющими юридической силы и не соответствующими союзному законодательству были как одностороннее провозглашение в НКАО «Нагорно-Карабахской Республики», так и проведение на территории упразднённой автономии самовольного «референдума». Незаконность этих действий была подтверждена Советом Европы, докладчик парламентской ассамблеи которого Д.Аткинсон в своём докладе однозначно отметил: «границы Азербайджана были признаны международным сообществом в тот момент, когда страна в 1991 году была признана независимым государством», «территория [которого] включала Нагорно-Карабахский регион» (См..: Explanatory memorandum by the Rapporteur, para 5).

Такова «правовая безупречность» армянского сепаратизма в Нагорном Карабахе, исходящего и подогреваемого, впрочем, напрямую из Еревана. Любопытно, что в ходе дебатов с армянской стороной на тему соответствия провозглашения «НКР» положениям Закона СССР, один из наших оппонентов перед лицом отсутствия серьёзных контраргументов привёл довольно «оригинальный» довод, дескать, данный акт не должен считаться не имеющим юридической силы, так как незаконность Декларации ВС Азерб. ССР – «это их сугубо личное дело и их сугубо национальная проблема», «Нагорный Карабах к политическим вывертам Баку не имеет ровно никакого отношения» и «не должен учить Баку правовой грамотности». А раз «собственное невезение в Баку нельзя экстраполировать на Нагорный Карабах», то и провозглашение «НКР» на основании не имеющей юридической силы декларации не должно считаться таким же незаконным (См.: http://www.1news.az/analytics/20090612094903929.html). Смешно, не правда ли? Пришлось на популярном уровне объяснить оппонентам, что если соединить два куска провода, то ток на участке «Б» появится только, если он сперва пройдёт по участку «А». Надеемся, в будущем нам придётся меньше слышать из уст представителей армянской стороны ссылки на союзноe законодательствo, поскольку Закон СССР в действительности работает против их доводов.

Кстати, это не первый случай, когда выдвинутые армянской стороной аргументы оказываются не только бесполезными, но и работают против неё самой. Взять, к примеру, тезис о «неправомочности азербайджанских претензий на Нагорный Карабах вследствие принятия Декларации о правопрeемственности АДР в границах последней». По мнению армян, Азербайджан тем самым, дескать, отрёкся от советского наследия и признал границы АДР, в состав которой, якобы, не входил не только Нагорный Карабах, но и ряд других районов сегодняшнего Азербайджана. При внимательном изучении данного тезиса выясняется, что он не только не служит повестке дня армянского территориального экспансионизма, но, более того, ставит в неловкое положение саму Армению. Во-первых, нелепо утверждать, что можно так вот просто взять и отказаться от наследия – будь то советского или ещё какого-то. Наследие – это понятие культурно-историческое, а не юридическое, и его невозможно регулировать в стенах парламента. Очевидно, утверждения армянских экспертов – это обычная спекуляция, попытка приписать Азербайджану несуществующее, высосать из пальца хоть какую-то зацепку, за которую можно будет ухватиться. Во-вторых, даже если предположить обратное и согласиться с тезисом о возможности отречения от советского наследия, Карабах от этого не перестаёт быть территорией Азербайджана, так как наряду с Зангезуром и Восточным берегом Гёйчи он входил в состав АДР, и в пользу этого свидетельствуют многочисленные документы, приведённые в книге И.Маммадова и Т.Мусаева и обширном письме Постоянного представителя Азербайджана при ООН А.Мехтиева на имя Генсека ООН (см. выше). Трудно предположить, что Верховный Совет Азербайджанской ССР, зная, что Карабах «не входил в состав АДР», стал бы ссылаться на границы первой республики и добровольно сокращать свою территорию. Поэтому не приходится сомневаться, что рассматриваемый аргумент армянской стороны – продукт неудачно выстроенной логической цепи, результат выведенной хромающей формулы, и неудивительно, что он никем всерьёз не воспринимается. В третьих, если применить данный аргумент в отношении самой Армении, в декларации о независимости которой (в преамбуле) также имеется ссылка на республику 1918-1920 гг., то её сегодняшняя территория должна будет сократиться в разы (!), поскольку самыми последними до советизации границами Армении были те, которые были определены унизительным Александропольским договором, подписанным дашнакским правительством 2 декабря 1920 г. и согласно которому Армения признавала аннулированным Севрский договор, отказывалась от Карса и Сурмали, снимала претензии на Нахчыван, Шахтахты и Шарур и её новая территория сокращалась примерно до половины сегодняшней территории Армении. Следует обратить внимание на тот факт, что Зангезур и Карабах в договоре вовсе не упоминались, что неудивительно, поскольку они и не входили в состав Армении и не могли быть упомянуты. Трудно предположить, что Казим Карабекир, основательно «прошедшийся» по разгромленной Армении, оставил бы эти области за ней, если бы они действительно в то время входили в её состав.

Интересно, что армянские политологи в попытке сохранить лицо квалифицируют позорный Александропольский договор как заведомо недействительный, основывая свои доводы на том факте, что он был подписан в Александрополе через несколько часов после передачи дашнаками в Ереване власти Советам. Следовательно, по их мнению, договор априори не мог иметь силу, так как был подписан нелегитимным правительством, утратившим свою власть. Допустим. Однако удивительно, что когда дело касается подписания Арменией Карсского Договора в 1921 году, нелегитимным называется теперь уже правительство Советской Армении, а единственно легитимным, соответственно, свергнутое правительство дашнаков. Тот факт, что от Севрского договора своими подписями отказались как дашнаки, так и Советская Армения, армянские политологи предпочитают как-то умалчивать. Примечательно также другое – в день подписания дашнаками Александропольского договора и одновременного падения их власти в Ереване Азревком во главе с Н.Наримановым с целью «подслащения» горечи потери армянами своей независимости и завоевания их симпатий к большевикам издал декларацию, по которой Баку передавал теперь уже Советской Армении Зангезур и обещал предоставить армянам Карабаха право на самоопределение. Возникает справедливый вопрос: зачем нужно было передавать Армении Зангезур и предоставлять карабахским армянам право на самоопределение, если эти области, по мнению армянских политологов, входили в состав Республики Армении?

Таким образом, тезис об автоматическом отречении от советского наследия в момент принятия декларации о независимости не только не подкидывает армянским оппонентам дополнительных аргументов, но и работает против них самих.

Относительно утверждения Якубяна о том, что «Нагорный Карабах никогда не считался и не будет считаться территорией Азербайджана, тем более оккупированной», отметим лишь, что нас интересует, скорее, мнение международного сообщества и авторитетных международных организаций, нежели расходящееся с ними частное мнение армянского политолога. В качестве единичного из огромной массы примеров сошлёмся на ежегодный отчёт Госдепартамента США по Азербайджану, в котором Нагорный Карабах назван частью Азербайджана, а армянские сепаратисты – своим именем, а в докладе по Армении открытым текстом сказано, что «Армения продолжает оккупировать территории Азербайджана – Нагорный Карабах и семь прилегающих районов». И таких документов много, всех не процитировать.

Наконец, несколько слов о последнем абзаце статьи Якубяна. В нём автор обвиняет азербайджанскую сторону в угрозе ракетно-авиационной атаки на АЭС и радиационного заражения региона. Интересно, что при этом он и словом не молвится о том, что подобная мысль появилась в азербайджанских СМИ в качестве напрашиваемого ответа на неоднократные (и в массе своей пустопорожние) угрозы армянских ястребов с петушиным опереньем нанести удар по… трубопроводам и Сангачальскому нефтяному терминалу. Налицо очередная попытка переставить местами причину и следствие, свалить вину с больной головы на здоровую. Напомним, на аргумент армян об энергетической инфраструктуре как источнике притока нефтедолларов и «угрозе безопасности НКР», азербайджанская сторона ответила аргументом об АЭС как источнике тепла для замерзающих оккупантов. Кое-кто и вовсе грозился превратить нефтяные скважины в «погребальный костёр Азербайджанского государства». Нашёлся и ереванский шут, который предрёк, что в случае начала военных действий Азербайджан не сможет экспортировать нефть «даже в пластиковых бутылках», на что азербайджанские журналисты с присущим им сарказмом адекватно заметили, что в таком случае в качестве тары придётся использовать личные почки, мочевой пузырь, а то и вовсе прямую кишку этого конченного дегенерата.

На наш взгляд, на любую безумную угрозу необходимо давать адекватный ответ (желательно только словесный). Напоминание об АЭС – это и есть ответ азербайджанских журналистов тем, кто не находит себе покоя от углеводородных богатств Азербайджана и грозится их уничтожить. Не угрожайте – да не будете угрожаемы.

Вместо поиска решения конфликта, Якубян предлагает укрепить оккупированные территории. Что ж, пусть укрепляют. Азербайджан тоже файно знает своё дело и тоже ведёт соответствующую работу. И продолжает вести переговоры в надежде на благоразумие. А на призыв к дальнейшему расширению оккупированных территорий можно ответить словами самого же Якубяна: «приходите, хлопцы, ждём вас».

Вугар Сеидов
АзерТАдж, Берлин
http://www.1news.az/analytics/20100109123304044.html
http://www.regnum.ru/news/1240643.html
http://vugar-seidov.azeris.com/?p=310